Когда в России отмечали Новый год

Первый Новый год — зимнее солнцестояние (22 декабря). В дохристианскую эпоху трудно себе вообразить более значимый праздник, чем день зимнего солнцестояния. Хоть и зима еще в самом разгаре, но день начал удлиняться, самое время отсчитывать новый год. Известные сейчас традиции Коляды, как раз дошли к нам с тех времен.

Второй Новый год — весеннее равноденствие (21 марта). Постепенно празднование нового года сместилось с зимы на весну. Наши предки стали славить пробуждение Природы (Комоедицы) и Новолетие, звали весну с холмов, имитировали пение птиц и сжигали чучело Марены (Зимы). Празднество длилось целых две недели. Сейчас это Масленица.

Спасо-Хауз и Бал Сатаны

23 апреля 1935 года, в личной резиденции американского посла Спасо–Хаусе состоялся прием, который заставил Михаила Булгакова переписать 23 главу романа «Мастер и Маргарита", известную под названием "Великий Бал у Сатаны".

Но начнем сначала. В 1933 году Соединенные Штаты Америки согласились признать Советский Союз в обмен на соглашение, по которому Советское правительство обязалось частично выплатить Америке долг царской России. Окончательная цифра этого долга должна была быть определена в ходе дальнейших переговоров. После восстановления дипломатических отношений на должность посла США в Москве был назначен Уильям Буллит (William Christian Bullit).

В Москве его принимали «по высшему разряду»: на квартире Ворошилова в Кремле был дан обед, на котором присутствовали Сталин, Молотов, Ворошилов, Калинин, Литвинов, Орджоникидзе и другие официальные лица. Сталин произнес развернутый тост в честь Рузвельта, а Молотов поднял бокал «за того, кто пришел к нам не только как новый посол, но и как старый друг».

Пропавшее лето и две страшные сказки

"Год без лета"

5 апреля 1815 года, на индонезийском острове Сумбава произошел сильнейший взрыв, который был слышен даже за полторы тысячи километров. Вслед за ним началось извержение вулкана Тамбора – одно из сильнейших на памяти человечества. За несколько дней вулкан выбросил из своих недр в атмосферу около 140 миллиардов тонн вулканического материала. Черный столб поднимался в небо на 43 километра.

Огромное количество попавшего в атмосферу пепла, за несколько месяцев, разлетелось по всему миру и вызвало так называемую «вулканическую зиму» — малый аналог ядерной зимы. Следующий 1816 год вошел в историю, как «год без лета» и «тысяча восемьсот насмерть замерзший».

Норвежский крестовый поход (в адаптированном изложении начала 21 века)

1107 год

Волжские булгары грабят Суздаль, объединенное русское войско раз и навсегда отваживает половцев от своих земель, в Приазовье происходит настолько сильное землетрясение, что его чувствуют в Киеве.

Папа Римский решает споры об инвеституре, в Шотландии меняется король, в Японии восходит на престол император Тоба.

А далеко на севере, норвежский король Сигурд I, внезапно находит решение своей экзистенциальной проблемы.
Проблема эта складывалась из многих факторов.
Началось все с того, что еще в 999 году Олав I взял и окрестил всю Норвегию. После перехода к христианству заниматься любимым и достойным делом — грабить соседей, разрушать города и осаждать всякие там Парижи, стало как–то невежливо и неправильно.

Красная шапочка (кавер - версия, в стиле разных авторов)

Эдгар По

На опушке старого, мрачного, обвитого в таинственно-жесткую вуаль леса, над которым носились темные облака зловещих испарений и будто слышался фатальный звук оков, в мистическом ужасе жила Красная Шапочка. 

Эрнест Хемингуэй

Мать вошла, она поставила на стол кошелку. В кошелке было молоко, белый хлеб и яйца. 

- Вот, - сказала мать.
- Что, - спросила её Красная Шапочка.
- Вот это, - сказала мать, - отнесешь своей бабушке.
- Ладно, - сказала Красная Шапочка.
- И смотри в оба, - сказала мать, - Волк.
- Да.
Мать смотрела, как её дочь, которую все называли Красной Шапочкой, потому что она всегда ходила в красной шапочке, вышла и, глядя на свою уходящую дочь, мать подумала, что очень опасно пускать её одну в лес; и, кроме того, она подумала, что волк снова стал там появляться; и, подумав это, она почувствовала, что начинает тревожиться. 

Идея Китая

Европейцам свойственно одновременно и недооценивать и переоценивать Китай. Они ждут стабильности там, где ее ждать не стоит, и не ожидают перемен там и тогда, когда они приходят. 

Современное изумление перед стремительным ростом Китая неожиданно только для мышления, которое со времен опиумных войн привыкло представлять Китай обреченным на пожизненную отсталость, страну, которой Запад всегда будет манипулировать по своему усмотрению. 

В китайской революции начала века европейцы увидели только анархию после окончательного падения империи, в создании двух Китаев, капиталистического Тайваня и коммунистической КНР – раздел сфер влияния двух атомных сверхдержав. Превращение Тайваня в "дракона" озадачило многих, а поворот КНР при Дэн Сяопине от коммунизма к капитализму с последующим стремительным ростом экономики и вовсе привел европейцев кого в ступор, кого в безудержный энтузиазм. А для Китая, это был не более чем очередной поворот в бесконечном вращении его культурного цикла – от конфуцианства к даосизму и назад. 

Попаденец - краткая история "сталиниста"

Вы уже десять лет, после голодного студенчества, когда одну шинель вам приходилось носить пять зим, а ботинки (тоже одни) вам латал знакомый сапожник "за так", работаете инженером в КБ в Москве.

На дворе расцвет СССР, Вы недавно смогли с женой и дочкой переехать из холодного угла избы ее родителей в районе нынешней ул Свободы в отдельную комнату 9 кв.м. в доме–малоэтажке на Соколе (правда у вас на 18 комнат один туалет и кран, из которого течет ржавая холодная вода, но по сравнению с промерзающим углом это — роскошь). 

Жена работает учителем в школе, дочь — в яслях (вам повезло), двух зарплат с шестидневной работы вам хватает на скромную еду и типовую одежду, иногда к празднику вы можете даже подарить что–то жене — например "вечную" ручку. Жену вы любите и балуете — она молодая (родилась в канун революции), уже "новый человек", нежная и добрая. Зря вы ее балуете — не знает она, что можно, а что нельзя. Лучше бы били, как большинство ваших бывших соседей по деревне ее родителей! 

Новости Мавзолея

Александр Иванович перешагнул порог квартиры, повесил на вешалку плащ и только тогда снял с переносицы датчик, показывающий, какой объем воздуха он потребил за время передвижения по Москве. Налог на воздух в России стали взимать уже давно, пять лет назад. Мотивировали тем, что на эти средства установят очистные сооружения. Александр Иванович снял шагомер — небольшие ножные кандалы, соединенные тонкой цепочкой, тоже снабженной датчиком, — за передвижение по улицам также брали налог, который, по уверениям чиновников, тратился на ремонт тротуаров.

Прошел в комнату. Теща, как обычно в это время, смотрела передачу «Новости Мавзолея», которые давали населению ощущение вечного покоя. На экране вокруг ленинского гроба расхаживал комментатор и вещал про стабильность во всех сферах. Жена варила макароны. Сын играл с рыжим котом, который ловил бумажный бантик.

— Саша, ты заплатил налог на кота? — строго поинтересовалась теща.
— Забыл.
— Опять! Как же так?
— Мама, Вы бы болтали поменьше, — зло заметил Александр Иванович. — Из-за вас налог за разговор растет. То ли дело папа.

Собака

Есть у Антона Павловича Чехова рассказ «Дорогая собака». Два приятеля-офицера пьют коньяк, и один пытается продать другому свою собаку. Второй отказывается, первый снижает цену, затем уговаривает взять у него псину просто в подарок, а в конце спрашивает «есть ли здесь поблизости живодёрня», ибо собака просто осточертела. Такой вот Чеховский юмор.

 
У этого коротенького, на пару страниц всего-то, рассказа, есть своя история.
Как-то летом, великий писатель снял дачу и засел за работу. В один из выходных дней приехал к нему знакомый редактор с женой и сыном. Прибыли гости поздним вечером, похвалили дачу, сад, цвет лица Чехова и, как повелось, сели на веранде пить чай. Смеркалось. В саду соловьи, ночная мошкара, свежий ветерок. Приятель, похохатывая и картавя, рассказывает последние редакционные новости, его жена изящно пьёт чай, сын ест ватрушку и с обожанием таращится на писателя. 

Первый самовар выпит, кухарка вносит второй и гостья, капельку кокетничая, интересуется, как работается здесь, вдали от мирской суеты. Чехов, уверяет, что изумительно, вот, полюбопытствуйте, сегодня перед обедом рассказ написал. Думает назвать «Дорогая собака». Не изволят ли гости послушать? Семья в восторге, хлопает в ладоши, просит. Антон Павлович читает. Редактор вскакивает, жмёт писателю руку, жена аплодирует, сын сидит, благоговейно замерев с куском ватрушки во рту.
— Антон Павлович, — говорит дама, — как и откуда, скажите на милость, рождаются ваши сюжеты. Ведь выдумать такое невозможно! Или возможно?
— Не далее, как сегодня утром, — мягко улыбается писатель, — я попросил кухарку избавиться от собаки. Дачники, жившие здесь до меня, бросили свою лайку. Собака неплохая, но с крайне дурным характером — всюду гадила и выла по ночам. Вот я и распорядился куда-нибудь пристроить псину. Так, представьте себе, вздорная женщина таки «пристроила» её. Отвела на живодёрню! А на вырученные деньги купила полдюжины ватрушек, которые так понравились вашему очаровательному мальчику.
Повисает пауза, во время которой юнец порывисто встаёт из-за стола и швыряет недоеденную ватрушку в лицо Антону Павловичу. Чехов опрокидывается со стула, мать визжит, приятель тащит сына прочь. Скандал невероятный! Дама пьёт валерьянку, редактор рассыпается в извинениях, в глубине дачи рыдает отпрыск.

Когда страсти улеглись, Антон Павлович виновато объяснил, что никакой лайки в помине не было (!), что это чистый плод фантазии, что он не подумал, какой эффект его шутка произведёт на неокрепшую психику, и немедленно приносит извинения…
Такая вот история.

Желающим поддержать блог:
Яндекс кошелек 41001432406597 или так тынц!
PayPal: adeptdao@gmail.com

Друг

Дверь квартиры № 14 оказалась, как он и предполагал, «навороченной». Евроотделка, суперзамки, звукоизоляция... Сразу видно, к кому пришел. 

Впрочем, в ряду других дверей она выглядела еще невзрачно. Даже бедно. Элитный дом, одним словом.

Николаев подошел к двери и подозрительно посмотрел на торчавший из двери глазок видеодомофона. Маленький блестящий объективчик смотрел на него не менее внимательно и подозрительно, только не моргая. 

Поединок взглядов продлился пару секунд.

«Устроились тут…» — с неприязнью к неопределенному кругу лиц подумал Николаев, и ткнул пальцем в звонок.